Смысл 67, 68

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз

Смысл 67, 68

Сообщение автор Admin в Ср 15 Окт 2014 - 15:44



Текст:


Смысл игры-67

Двадцать первого сентября прошел «Марш мира». Невероятно двусмысленный и отвратительный по своему содержанию, потому что фактически это – марш в поддержку предельно антирусских, антироссийских сил фашистского розлива. Они продолжают царить на Украине и будут царить на Украине, потому что они-то как раз на любую демократию плюют и держат за горло украинское общество, причем очень цепко. Часть этого общества попало под обаяние вот этой лжи. Ну а разоблачать ложь – это означает жертвовать жизнью, легче сказать, что «ложь – это правда». И многие под это попали, кто-то в это уже поверил, неважно… Вот эти силы творят на Юго-Востоке Украины нечто чудовищное, ну, правда – чудовищное, немыслимое казалось бы в XXI веке, в европейской стране, абсолютно немыслимое. Они говорят нечто чудовищное, они чудовищным образом дискутируют со своими противниками, они представляют собой что-то вопиюще-антидемократическое. Настолько вопиюще, что, казалось бы, это нельзя не увидеть, и что же? Люди, которые говорят, что они – сплошь демократы, сплошь такие из себя белые и пушистые, желающие только чтобы выборы проходили честные, чтобы олигархии не было, и чтобы свободно СМИ говорили обо всем на свете, – вот эти люди фактически выступают в поддержку монстров, с которыми связано все, что только может быть антидемократического. Этих монстров поддерживает Запад.
И те, кто выступает здесь в поддержку монстров, говорят простую вещь. Они говорят: «Нам все равно, что это – монстры, если Запад считает, что эти монстры полезны и их поддерживает, а мы молимся на Запад, мы будем поддерживать монстров. Завтра Соединенные Штаты Америки и блок НАТО поддержит воскресшего Адольфа Гитлера – мы поддержим его».
Тютчев в какой-то момент написал (я свободно цитирую, не буквально, но очень близко к тексту):
«Я долго думал, что люди, которые в России за Запад и против царизма, они потому за Запад и против царизма, что мало правового начала в этом царизме, мало в нем просвещения, мало всего того ценностного, что они связывают с Западом, и что же? – говорит Тютчев, – как только всего этого ценностного в России стало больше, просто сильно больше, эти же люди возненавидели Россию еще больше. А одновременно с этим на Западе всего этого ценностного, связанного с Западом, оказалось все меньше, но они Запад начали любить все больше. А, значит, – Тютчев говорит, – я с горечью убеждаюсь, что это не вопрос принципа, а вопрос инстинкта».
Мне очень нравится эта фраза, я ее цитирую буквально: «Не вопрос принципа, а вопрос инстинкта».
Невероятным сарказмом проникнуты строки Пушкина:
«И нежно чуждые народы возлюбил,
И мудро свой возненавидел».
http://feb-web.ru/feb/pushkin/texts/push10/v03/d03...
Это – лицо этого «Марша мира».
Не считаю правильным преуменьшать число людей, которые вышли на этот марш.
На марш вышло очень много людей, отнюдь не пять тысяч, и, конечно, не пятьдесят, как говорят они, но там 23-25 тысяч вышло. И это очень много. Все, что после десяти тысяч – это очень много. Количество большое, энергетика отвратительная, а политического смысла – ноль. Просто ноль. Этот марш обесточен. Потому что на Юго-Востоке Украины произошло то, что произошло.
Произошло бы что-нибудь другое – мы бы имели в России сейчас совсем другие дела. Если бы бандеровцы маршировали победным маршем по улицам Донецка и Луганска, здесь было бы негодование по поводу слива Новороссии, мерзкой сдачи, а также ликование по поводу того, что бандеровцы победили в Донецке и Луганске, и Порошенко же обещал именно это. Он все время говорил о чем? «За два дня это сделаем», «За десять дней это сделаем». Потом они начали делать нечто суперварварское и все равно ничего не сделали. А потом их начали громить и разгромили. Если бы их разгромили войска России, официально в лобовую вошедшие на территорию, ставшие занимать одну область за другой, – вой бы тоже стоял немыслимый, и «Марш мира» был бы другим.
А с точки зрения некоторых позитивных параметров этого «если бы» – даже непонятно, куда входить. Ну понятно, в дружественные тебе Донецк и Луганск. А дальше? Что делать с территориями, в которых на сегодняшний день отнюдь не пророссийские настроения и которые в принципе нам нужны? В принципе-то, нам, вообще говоря, нужна Украина, которая пойдет единым общим путем с Россией, нужна новая Переяславская Рада и объединение государств. Но даже если представить себе, что нам нужна часть Украины, и она называется Новороссия, то это шесть областей, в которых абсолютно неодинаковые настроения с точки зрения пророссийскости. И упования на то, что как только мы впрямую грубо войдем, эти настроения сразу станут пророссийскими, – они недорого стоят, поверьте. Это пустые слова и пустые надежды.
Все будет по-другому, тем более что XXI век и вот такой, так сказать, дух репрессий, который Сталин и Берия осуществляли, совершенно не созвучен времени. И Сталин, и Берия делали бы что-нибудь другое, живи они в XXI веке. Но самое главное – что у нас нет страны, нет государства и нет элиты, способных на все это, то есть на прямой окончательный разрыв с Западом, с предельно далеко идущими последствиями. Нет этого сейчас. Может быть, оно будет. Может быть, через полгода. А может быть, через полтора. Но сейчас этого нет. А вот когда этого нет, то любая тупая лобовая операция оборачивается разгромом страны, буквальным разгромом. И я обращаю ваше внимание на то, что когда-то совсем не последний человек в стране по фамилии Стругацкий писал письмо Юрию Афанасьеву и говорил: «Юра, да, нас очень мало, Юра, мы перестукиваемся через очень большое расстояние, нас, мыслящих людей, так мало. Юра, ну ничего, наше дело победит, только сначала надо, чтобы Россия проиграла в войне».
Лобовой ввод войск государства российского под флагом, с объявлением соответствующим и всем прочим даже в шесть областей. А вводить их по-минимуму – это вообще верх непрофессионализма, в лобовую вводить в две области – в Донецкую и Луганскую – верх непрофессионализма.
Даже такой ввод обернулся бы суммой последствий, которые обрушили бы слабое нынешнее российское государство.
И вот тогда уже не оранжевые марши с такими писками по поводу того – кого долой и кто «Да здравствует!», тогда – оранжевые виселицы с сильно коричневыми оттенками. Оккупация, фактическое расчленение и полное господство Запада в условиях слившейся России. Вот этого допустить было нельзя никогда.
А другой вариант – при котором бандеровцы маршировали бы по улицам Донецка и Луганска, – это отвратительно, это – возмущение справедливое всей патриотической части общества, это – колоссальная моральная травма для всей России, не только патриотической. Это – крики о предательстве, о сливе Новороссии, и опять-таки другая энергетика марша 21 сентября и последовавших за ним событий, которые бы разворачивались очень бурно и по этому сценарию.
А вот тот сценарий, который сейчас существует, помимо всего прочего, парализует эту митинговую предательскую энергетику полностью. Не позволяет выйти лжепатриотам на эти митинги вместе с оранжевыми и делает их отвратительную крупную акцию стратегически бессмысленной. Ноль.
И по этому политическому параметру создание этой паузы стратегической с оформлением политической этой территории и так далее – крайне необходимо. Говорят: «Так это же не то оформление, так это – не та территория», – вот когда вы наступаете вперед и в какой-то момент говорят: «Ложись! Окопайсь! Начинай окапываться!» – вот в этот момент вы говорите, что вы проиграли?
О каком проигрыше можно говорить, если Порошенко сначала обещал в считанные дни провести бандеровцев парадно по главным площадям Донецка и Луганска, потом говорил о том, что на это понадобится месяцы, а потом был просто раздавлен и в этом раздавленном состоянии что-то начирикал.
Почему это надо называть поражением, когда это – победа? Или даже паузой, если вы окопались с тем, чтобы дальше наступать, это – пауза? Это – часть войны. Никто не знает, через сколько дней и недель начнется новая война на Юго-Востоке Украины. Может быть – через неделю, может быть – после выборов на Украине, может быть – весной, но она начнется. И к ней надо быть готовыми.
Для того, чтобы к ней быть готовыми, надо соединить фронт и тыл. Политику и военное обучение. Идеологию, информацию и экономику. Это надо суметь соединить быстрее. Только тогда мы будем готовы к новой войне. И она будет. В срок от восьми месяцев до двух недель. Никто не знает, когда взыграет и в какой степени американское ретиво́е, когда американская осторожность и такая жалостливость по отношению к своим потерям и неготовность ни к каким рискам, которые лежат на одной чаше весов, не будут уравновешены американскими, поверьте мне, очень мощными амбициями, обидами и всем остальным. И когда ретиво́е там взыграет по-настоящему, то будет уже наплевать и на жертвы, и на многое другое.
Нам до зарезу нужно правильно воспользоваться паузой и выстроить талантливо, очень прагматично и умно́, выстроить систему в Донецке и Луганске. Комплексную систему – экономическую, политическую и другую, стянуть все возможности воедино. Это нужно делать исходя из того, что имеет место быть.
Надо все время полностью отдавать себе отчет, что ополченческие соединения не являются армией в строгом смысле слова, который вкладывается в понятие «регулярная армия». С одной стороны, это люди убежденные, идейные, с другой стороны, это люди, связывающие себя с неформальными лидерами, с третьей стороны, это люди разного возраста, разных навыков, разных способностей, разного калибра военного. И привести это все к одному знаменателю по щучьему велению, по моему хотению невозможно. Для того, чтобы привести это в надлежащий формат, нужен переходный период, очень серьезный переходный период. Любое не бережное отношение сейчас к ополченческой реальности такой, как она есть, ко всем ее слагаемым: прострелковским, связанным с иными полевыми командирами, кому какие эти командиры симпатичны, кому нет, – забыть обо всем этом. Забыть! Нужно любой ценой гармонизировать отношения в реальных группах и проявить реальную комплексную заботу об этих группах.
Вообще нет ничего более отвратительного, чем пренебрежение к жертвенным людям, совершившим подвиг. Их нельзя использовать по принципу «подай, прими, пошла вон», их нельзя использовать с позиции пренебрежения. Простите меня, но их нельзя использовать даже с позиции так называемого профессионального высокомерия. Может быть, хорошо отобранные и обученные специалисты соответствующего образа на войне могут и больше в принципе, но у идейно мотивированных людей, жертвенно мотивированных и готовых на подвиг есть свои сильные стороны. И если вы не начинены какой-то такой военно-образовательной фанаберией, а действительно хотите пользы делу, то учите тех, кто есть, учите талантливо и глубоко. И в каком-то смысле они смогут больше потом, чем средние люди, просто оказавшиеся в русле военной специальности.
Надо наращивать потенциал. Еще и еще раз призываем высоких профессионалов из России на территорию в виде добровольцев, в виде представителей гражданского общества. Безусловно, надо наращивать военный потенциал.
С моральной точки зрения, с точки зрения духа надо сказать: «Мы вас полностью понимаем и поддерживаем. У вас остались семьи в других регионах, вы страдаете по этому поводу, вы переживаете то, что здесь сейчас возникла эта остановка, но когда окапываешься для боя – тоже останавливаешься. Рассматривайте это как фазу боя. И помните, вам, возможно, никто не даст всерьез опомниться. Не поддавайтесь унынию, не расползайтесь, не разбегайтесь, не переходите в какую-то такую капризно-конфронтационную позицию. Тренируйтесь, готовьтесь, сплачивайте ряды, совершенствуйтесь, привлекайте новых и новых людей в ваши ряды, учите их, готовьтесь. Все еще впереди!»
Ничего нельзя сделать, если не будет наведен совместными усилиями всех, понявших друг друга военно-политических лидеров, если не будет их совместными усилиями наведен нормальный порядок на территории. Казарма – это казарма, в ней должны находиться люди с оружием, готовящиеся. Передовая – это передовая. В центре городов, где героические ополченцы оказались властью, помимо военной полиции и каких-то других обязательных структур не должно находиться массы людей с оружием, да еще и демонстрирующих свои амбиции по отношению к мирному населению.
Предстоят выборы. Настроения даже на пророссийской территории очень разные. Перед нами стоит грандиозная задача: мы должны заместить старую элиту, спасовавшую перед трудностями, проявившую двусмысленность, пытающуюся работать по принципу «и нашим, и вашим», героической элитой, взятой из самого ополчения. На других территориях это сделать невозможно, потому что там есть некая сложившаяся status quo, а здесь status quo нет. И мы понимаем, что если на территорию сейчас начнет затаскиваться все двусмысленное политическое элитное «старье», то оно предаст. Если рассыплются ополченческие части от разочарования – тоже все обернется предательством интересов России. И тогда, победив на войне, мы проиграем мир! У нас шансов выиграть мир не больше десяти процентов из ста, но они есть, и их надо использовать, и это требует другого героизма ничуть не в меньшей степени. Когда я говорю о новой элите, взятой из вот этого воюющего Донбасса, я вовсе не имею в виду, что все должно превратиться в банды, или в новых паханов, или в каких-то отдельных квазиолигархических прыщей нового типа.
Нам нужно думать о комплексных формах, в которых будет существовать вся ополченческая система. Нам нужно твердо знать, что ополченческая система представляет собой действительно, при всех оговорках на то, что реальность не бывает белой и черной, она представляет собой соль земли нашей. И очень часто, к сожалению, в больших войнах… начинается мир после больших войн, и людям говорят: «либо давай иди, вписывайся в новую мирную жизнь… вспомним бондаревские произведения «Тишина» и т.д., в которых, так сказать, это все было описано… иди, давай, нагоняй. Ушел там из десятого класса, забыл все – учись заново! Наступил мир». Либо немногочисленная часть, так сказать, вот этих героев остается служить в армии. Очень часто даже они не оказываются достаточно успешными в той армии, которая переходит отчасти на мирные рельсы, уходит с большой войны. И, увы, это реальность больших войн XX и предыдущих веков. Нет другой возможности. Возникает синдром войны, возникает отчасти синдром потерянного поколения и все остальное. Но поскольку Донбасс для нас сейчас невероятно важен и он является плацдармом для огромных будущих дел, то мы имеем возможность здесь построить все по-другому.
Мы должны строить ополченческие системы, как дружины (не народные дружины, а военные), как неоказачество нового типа, там, где есть казаки, пусть они строят это строго казачески, но ведь не все казаки. По этим же принципам поселений, военных общин и с обязательной ориентацией на борьбу.
Скотство - сказать людям, которые жертвенно воевали: «Вы свободны!» Но не намного лучше попытаться их купить домиками, мирной жизнью и всем прочим. Социальная среда необходима, но она недостаточна. Это люди жертвы, люди идеи, ценны наиболее такие люди (там, конечно, есть разные), люди большого замысла. И их надо так соединять, чтобы их вожди, вожаки могли вместе с ними отрабатывать новые шаги этого замысла, нужно искать те социальные формы, которые для этих общностей наиболее приемлемы. И, конечно же, эти общности должны взять на себя задачу контроля за целыми сегментами экономики, в которую может вгрызться нечто антироссийское, антипатриотическое, двусмысленное. Это не значит, что они там должны грабить. Это значит, что нужно строить совершенно новую модель государства на основе вот этого единого социального, военного, культурного, идеологического, духовного и экономического общинного принципа.
В том, что касается ополчения. Оно не так велико, и мы вполне имеем возможность все это так построить на основе полной гармонизации отношений между всеми военно-политическими лидерами. Подчеркиваю: полной гармонизации. Союз этих лидеров, совет этих лидеров, военный совет этих лидеров, я не знаю, клуб этих лидеров (имею в виду могущественные клубы), орден этих лидеров, назовите что угодно, но только это должна быть плотная общность лидеров. И они должны понять, что они отвечают за порядок и за декриминализацию региона, дополняемую новой экономической структурой. И когда мне говорят, что на это не хватает бюджетов и т.д., – всего хватает, мои дороги, всего хватает, я услышан?
Беженец – это всегда беженец, это человек, страдающий ностальгией, это человек дезориентированный, а вы поверьте мне, или почитайте Ясперса [1], ностальгия – это то еще дело. Это не только там духовное влечение к Родине, это иногда и вполне себе тяжелое заболевание. Почему бюджету выгоднее иметь население с этим тяжелым заболеванием, льготами, с необходимостью заново строить жилье? Почему это выгоднее, чем помощь с тем, чтобы беженцы правильно укоренились на завоеванной территории, были нашим оплотом на этой территории, я не понимаю.
И вообще, все эти либерально-экономические разговоры о бюджете и его нагрузках в каком-то смысле отдают для меня шаманством, вот есть в этом что-то от колдовства, такой ворожбы. Рассуждая когда-то по этому поводу с представителями там 90-х, я пытался объяснять: «Скажите, – говорю, – Россия бесценна, она не может быть оценена в долларах, фунтах, иенах. Но если вы так циничны, что не можете ощутить этого – того, что она бесценна, – то вы спросите себя, сколько на самом деле стоит одна седьмая часть планеты с неограниченными запасами ресурсов и ядерным оружием на территории? Вот сколько она стоит? То есть, для нас она бесценна, но если вы хотите ее перевести в деньги, – это двадцать триллионов, сто триллионов? Но это же не те вонючие сто миллиардов, на которые вы облизываетесь. Это же нечто совсем другое!»
Здесь возникает такой же вопрос: сколько стоит Донбасс? Во-первых, нисколько, потому что державная победа России бесценна, у нее нет эквивалента в деньгах. Но если уж какой-то человек, все-таки сильно сдвинутый в сторону, которая одним кажется прагматической, а другим - жлобской, хочет это оценить, то он должен понять, что цена тут колоссальная. Что на столе большой игры лежат такие карты и такие возможности, связанные и с Украиной, и с Европой, по отношению к которым любые инвестиции в восстановление и укрепление структуры – это гроши! А когда мне говорят, откуда брать деньги, то, не желая тут сильно в данной передаче размахивать шашкой, я отвечу цитатой из великих источников: «Ищущий, да обрящет!». Поищем – найдем.
Значит, вот эта структура ополченческого движения по принципу общинно-военного типа, каркасная:
абсолютная декриминализация экономики и социальной жизни с очень жесткими мерами за любую попытку не только мародерства, но и шалости на данной территории;
укрепление экономики, информации, культуры;
даже медленное, если невозможно быстрое, развитие военно-промышленных возможностей.

Все это необходимо осуществлять. И я понимаю, что люди, которые героически воевали как ополченцы или как вожди ополченцев, могут ощутить себя несоразмерными таким задачам. Уверяю вас, не боги горшки обжигают. Надо засучить рукава и взяться за это всерьез. При этом еще раз подчеркну, что никто, даже обладающий, я не знаю, в тысячу раз большей компетенцией, чем я, не знает, сколько времени это продлится. И каждый, кто говорит более или менее уверенным тоном, - высказывает по этому поводу гипотезы, не более того.
Я очень рад, что некоторые авантюрные попытки типичных таких остапов бендеров, выдающих себя то за генералов, то за кого-нибудь еще, - имею в виду господина Корсуня - были сорваны. И что люди, которые мудро повели диалог с господином Корсунем, столь же мудро привели господина Корсуня туда, где ему и место. Но все подобного рода демарши, мятежи и все прочее должны уйти в небытие. Гармонизация военно-политических центров, железная, обязующая договоренность между руководителями, создание форм, которые позволяют обеспечить эту гармонизацию, создание правил игры, которые эту гармонизацию описывают и механизмов соблюдения этих правил игры – вот, что сейчас является первым шагом.
Хорошие экономические команды. Социальные.
Архитектура будущего государства.
Выборы.
Информация.
Диалоги.

Второй шаг: постоянное наращивание военного потенциала.
Третий шаг: оформление этого потенциала в виде структур, имеющих официальный статус. С погонами, чинами, формой. Дисциплиной, яростной тренировкой, разумной. Это еще один шаг на пути.
Распределение героических ополченцев по структурам так, чтобы каждый мог действовать сообразно своим возможностям и при этом учиться, учиться и учиться.
Отсутствие всякого пренебрежения к этим людям. И не только раскланивание перед ними, а реальная помощь им и реальная постоянная опора на них. Разъяснение того, что мы всего лишь окапываемся, с тем, чтобы дальше переходить опять в штыковую атаку, а потом – снова окапываться, – такое разъяснение, которое дойдет до каждого. Это – еще один шаг. И только совокупность этих шагов позволяет выиграть мир. И только выигрыш мира на этом этапе позволяет рассчитывать на будущую победу. Вот что, с моей точки зрения, сейчас необходимо делать на Юго-Востоке Украины.
Что касается событий в Москве, то какое-то время они будут лишены предельной деструктивной энергетики. А потом они ее приобретут. Произойдет майданизация. На нее понадобится, тут легче просчитать, без каких-то срывов на Юго-Востоке понадобится год-полтора, а со срывами – меньше.
Отвечать будем сообразно ходу процесса. Ходят, кричат – вообще никакого ответа, кричите себе на здоровье. Потому что крики ваши бессильны, а лезть по этому поводу в бутылку – бессмысленно. Ну можно провести альтернативное мягкое мероприятие и всё. Начнут борзеть, я надеюсь, что это можно остановить на государственном уровне, не развязывая гражданских конфликтов. Нельзя будет на государственном уровне, – дадим отпор. И поверьте мне, отпор этот будет гораздо сильнее и своевременней, чем все то, что мы делали на Украине. Мы готовы.
Но никто не полезет вперед, непропорционально к тому, что происходит, и никто не будет проявлять здесь никакой оголтелости. Мы готовимся, готовимся комплексно, мы готовимся со всех сторон.
Что касается политической программы движения «Суть времени» (политической, а у нас ведь – комплексная программа – интеллектуальная, духовная и т.д.), то с политической точки зрения, я призывал и призываю членов движения «Суть времени» идти в зоны бедствия. Идти в точки предельного социального неблагополучия. Идти и менять ситуацию там. Становиться политическими чернорабочими, выполняя этот предельно неблагодарный, но крайне нужный для нации труд. Не соблазняться ни на что другое, а здесь проявляя свойственный «Сути времени» коллективизм, свойственную «Сути времени» настойчивость, разумность и все остальное.
Теперь по поводу некого курьеза, имеющего, как мне кажется, очень существенное значение, коль скоро его удастся осмыслить как проявление чего-то более крупного. Сам по себе курьез не имеет никакого значения.
Понимаете, до тех пор, пока шла война - герой Стрелков, а за ним идет Интернет-армия. Вот это копьеносцы, это – арбалетчики, это – конники, это – пехота. Интернетная, я имею в виду, и все они стреляют в «Суть времени», а «Суть времени» – в них… Это – политический Интернет. Люди, которые в этом участвуют, могут ликовать по поводу того, что они участвуют в политической войне, либо просто как профессионалы, либо как люди идеи. Со стороны «Сути времени» сто процентов людей участвовало в этой войне как люди идеи. Со стороны противника, я надеюсь, что тоже далеко не все были профессионалами, хотя профессионала распознаешь по почерку.
Но! Неважно – профессионалы или кто-то еще, это – большая война, большой конфликт, и это – политический Интернет. Между прочим – большая карта в будущих самых крупных политических играх. За Интернетом - будущее, это понятно, нравится мне это или нет, люблю я это или нет, но это – так.
Но как только оказалось, что Стрелкова вообще нет… Я же ведь не говорю, когда говорю, что его вообще нет, что он потом не всплывет или что-нибудь еще… Я, например, считаю, что в нашей сумбурной действительности все как-нибудь когда-нибудь всплывает. Вот я говорю, что Лебедь всплыл в Красноярске и т.д. Но сейчас его вообще нет, в этой игре. Вдруг возник вопрос: а эти арбалетчики, лучники, мечники, копьеносцы, конники, они – чьи?!
В десятый или в двадцатый раз повторяю: «Суть времени» выиграла эту игру не с таким счетом, с каким я выигрывал у Сванидзе, а со счетом 100:0. Ровно сто и ровно ноль. Эту игру. И выигрывали мы ее не столько у местных фигурантов, которые являются фишками в игре, сколько у игроков и создателей правил игры, которые находятся на Западе, и мы их всех знаем. Не всех я называю по именам, но я всех знаю. Мы эту игру выиграли, имея на это очень малые шансы. Вернуться из Донецка живым у меня было шансов совсем немного. Но мы эту игру выиграли. Вчистую.
Это не значит, что мы не проиграем следующую. Как говорил великий Дэн Сяо Пин: «политика – это "американские горки"», так-так, так-так [делает волнообразные движения рукой].
Каждый, кто готовится только к выигрышам, не должен заниматься политикой. Например, баллотироваться на пост главного шулера в каком-нибудь игорном доме, казино.
Политика – очень жестокая вещь, в которой надо быть готовым и к победам, и к поражениям. Мы выиграли на сто процентов. Шансов было очень немного, и когда мы выиграли, это уже ясно, но ведь ясно же всем, кто бы что бы по этому поводу ни верещал.
Чьими оказались эти Интернет-копьеносцы, меченосцы и все прочие, стоявшие за Стрелковым? Чем они оказались?
Они оказались уже не фигурами политического Интернета, а благородными соучастниками фарсовой акции под названием «Компромат.ру», воюющими не армия против армии, а просто против Кургиняна.
Потом они окажутся участниками еще более фарсовой акции под названием, я не знаю, «альтерЕОТ». Потом они окажутся героическими воинами, которые в Интернет-схватках воюют с кургинятами.
С отдельными «кургинятами» они разберутся на альтер-, не буду называть ресурсы «Сути времени», потом они сольются окончательно. По крайней мере, с политического Интернета они уйдут сразу сами. Они всё кричат сейчас в панике, что это мы их оттуда вытесним, потому что мы оказались слишком сильным Интернет-игроком политическим, точнее идеолого-информационным. Но они сами уйдут оттуда, потому что они рехну́лись, оторвались от реальности, гоняются непонятно за чем, выдумывают невесть что, и в конечном итоге представляют собой, так сказать, такие специальные сообщества, специализирующиеся не на политических войнах «армия на армию», а на облаивании тех или иных фигур: политических деятелей, певцов, актеров, журналистов. Вот давайте вдумаемся в это явление. Игра в том, что люди, которые обезумели и руководствуются инстинктом, а не принципом, зудом, а не разумной стратегической целью, сами себя уничтожают. Мы, конечно, поможем! Но я хотел, чтобы все увидели это как большой процесс.
Я надеюсь, что через месяц выйдет очень важная книга по поводу этих ста дней войны за Новороссию, как теперь все видят, за Юго-Восток, за то, чтобы бандеровцы не маршировали с их погаными маршами по улицам Донецка, Луганска. Затем выйдет книга, в которой на предельную глубину будут просвечены все процессы на Украине с самых ранних исторических времен и до последнего времени.
«Суть времени» будет учиться, учиться и учиться. Трудиться, трудиться, трудиться. Воевать, воевать и воевать. У нас уже совсем большая группа сейчас воюет под вопли о том, что мы там слиняли, неизвестно, что там. Большая совсем наша группа воюет. Успеха вам, ребята!
Мы создали машину гуманитарной помощи, не в смысле грузовика, на котором что-то подвозят, а в смысле управленческую машину этой помощи, и это тоже все видят. И все видят, что наши ребята лезут под пули с тем, чтобы снимать сюжет за сюжетом по поводу Донецка и Луганска, прежде всего Донецка, где мы оказались в силу исторических обстоятельств, и что этих передач, которые непрерывно использует большое телевидение, уже больше двухсот. Это тоже надо суметь сделать, потому что надо и на войне работать, работать и работать. Это труд. И работают не только те, кто снимает это, а те, кто это корректирует, выверяет - ведь война идет и без такой выверки невозможно – выкладывают, сопровождают. Ну что я могу сказать по всему этому поводу? Во-первых, так держать! А во-вторых, чем больше на вас при этом лают, тем ниже опускаются, и тем сильнее, убедительнее и объективно значимее становится ваша позиция, и тем больше у вас права, проявив труд, мужество, стойкость, верность и все остальное, сказать себе святые слова: «До встречи в СССР!»


avatar
Admin
Admin

Сообщения : 1175
Дата регистрации : 2014-09-01

http://svbel.belarusforum.net

Вернуться к началу Перейти вниз

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения